q_w_z: (fred)
Лучшая выставка, наверное, Серов;
Лучшие фильмы Sense8 и The Man In The High Castle;
Книг прочитал мало, но выбрать всё равно сложно, наверное Seveneves и Гербер из нонфикшна;
В кино толком не ходил по семейным обстоятельствам как и на концерты;
Путешествие было одно, но большое, сложно выбрать;
Архитектура самая - Ганс Шарун, но не могу выбрать из филармонии и библиотеки;
Итог - Лука, но он вне конкурса, хотя сделан был целиком в этом году;-]
q_w_z: (birdy)
[livejournal.com profile] synthesizer собирает анамнез российской провинции. Вот какая картина получается: «<практически любой населенный пункт> мало изменился за последние несколько сотен лет — те же добротные купеческие каменные дома, те же храмы, та же Ока… только все обветшавшее донельзя». А если сотни лет сузить до послед­них двадцати — тридцати, предстанет такая картин(к)а: «Словно в одночасье исчезли тушенка со шпротами (это о местных заводах. — В.К.), а за ними пропала и зарплата. Люди ждали, ждали… и стали охотиться на птицу, зверей, ловить рыбу, собирать грибы и ягоды. Не все, конечно. Многие, чтобы скрасить ожидание, запили». И, конечно, родственное выражению «Пожрала саранча»: «Купили москвичи». И: «Кто не пьет — тот едет в Москву на заработки». Ничего не напоминает?
Конечно, жизнь в крупных городах и столицах нашей одной седьмой отличается диаметрально. И в провинции бывают уголки счастья (ключевое тут: «бывают»). Но чаще наоборот. Работая в течение десяти лет журналистом районки, я не раз выбирался в сельскую глушь. Был я свидетелем и такой сцены. В одном достаточно крупном селе глава района оптимистично спросил у местных школьников: «Кто хочет после окончания школы остаться в районе и трудиться на благо его процветания?».

http://magazines.russ.ru/znamia/2015/12/28k.html
q_w_z: (Clouseau)
Две недели назад в Артеке познакомился с Костей Филоненко, молодым социологом.
Я работал с товарищем-архитектором и для нас Костя стал вдруг очень комплиментарным человеком, просто для вечерних бесед о всяком, обмене книжками и т.п. вещей т.к. две недели мы были оторваны от привычного круга. Да и общие знакомые и интересы обозначились сразу считай.
Спасибо, конечно, и подрыву ЛЭП в Крым. Хотя сами масштабы Артека тоже повлияли.
В частности, Костя рассказал про Игоря Кона. А сейчас, я смотрю, он выложил на дружественном ресурсе намного более подробное изложение.

В российском гуманитарно-научном секторе не так много действительно узнаваемых в мире имен. Особенно их мало в социальных науках. Кон здесь являлся, кажется, последним российским социологом мирового уровня. Сфера его научных интересов непрерывно расширялась, а предмет изменялся.

Прославился он в 60-е годы благодаря тому, что стал заниматься сексологией. По сути, он первый разработал методологию для изучения сексуальности в отечественных социологии и психологии. Также он занимался социологией детства, юношества, «открыл» для российской науки этнографию детства.

Кроме этого, в конце 80-х именно по его инициативе началась работа с жертвами сексуального насилия, появились службы, телефон доверия, эти вопросы стали обсуждаться широко. Также отмена уголовного преследования за гомосексуальные отношения произошла в результате дискуссии, которую первым начал Игорь Кон.
полный текст по ссылке: http://thebookabilly.tumblr.com/post/134788461947/strawberries-in-the-birches


Топ-5 книг Кона по версии Кости )
1. «80 лет одиночества»

Грустное и остроумное название автобиографии – очень точно раскрывает особенности стилистики Кона.

Помимо невероятных историй о всяких знаменитостях (академических) – чего стоит история про то как Кон и Филипп Зимбардо (автор «Стэнфордского тюремного эксперимента») спасали Юрия Леваду – Игорь Семенович делится множеством ценных исторических наблюдений:

«Когда позже я писал, что самым страшным фактором советской сексуальности было отсутствие места, я знал это не понаслышке. Герценовский институт в 1944 г. был довольно неприглядным местом. В не отапливавшихся все годы войны аудиториях стоял собачий холод, студенты сидели в пальто и валенках, чернила замерзали, профессора читали лекции в пальто. Тем не менее было весело. Между прочим, после каждого институтского вечера в знаменитом белоколонном актовом зале, уборщицы выметали на хорах кучи использованных презервативов ( это - к вопросу о нравственности)»

2. «Мальчик – отец мужчины»

Для меня это самая важная теоретическая работа о взрослении. Она невероятно глубокая, проработанная и основательная. Дело даже не в количестве первоисточников (хотя и это важно – просто перечисление первоисточников занимает 30 страниц), а в широте, мастерстве и смелости – взять, а затем раскрыть такую огромную тему как феномен мальчишества. Что значит быть мальчиком, как из него вырастает мужчина, почему получилось так, что у нас в обществе такая жесткая оппозиция мужского и женского, как это влияет на детей и что с этим делать – вот о чем эта книга.

Масштабность исследования поражает: кажется, затронуты все возможные аспекты. От гендерных аспектов эволюции детской одежды до особенностей влияния школы на сексуальность.

«Мой главный вывод вызывающе тривиален: из разных мальчиков вырастают разные мужчины. Единого, приемлемого для всех канона маскулинности, к которому обязан стремиться мальчик, нет и быть не должно. Все мальчики, как и мужчины, – «настоящие»: и тот, который мечтает стать воином или покорителем горных вершин, и тот, кто пишет лирические стихи, и тот, кто готов часами корпеть над книгой или микроскопом, и тот, кто хочет быть мирным отцом семейства или спасать детей «над пропастью во ржи», и тот, который ни к чему особенному не стремится и хочет просто жить в свое удовольствие»

3. «Клубничка на берёзке: Сексуальная культура в России»

Эта книга поражает невероятной трезвостью. Действительно, так спокойно и отрешенно говорить ПРО ЭТО мог только он. Книга эта не раз переиздавалась, а разделы о современности, по сути, переписывалась.

Здесь представлен массивный анализ сексуальной «контрреволюции» в России, а также масштабные исторические очерки.

«Как и все прочие ценности, сексуальная культура требует заботы и внимания. При плохой экологии и неправильном обращении березка засыхает, а клубничка становится ядовитой»

4. «Любовь небесного цвета»

Психоаналитики первыми «разгадали», что субъект, личность человека в «психологическом» смысле, не имеет гендера и, соответственно, сексуальной ориентации. Поэтому столкновение с собственной сексуальностью (какой бы она ни была) может очень шокировать. Мы узнаем это только сейчас, даже самым прогрессивным мышлениям потребовалось время, чтобы принять это и понять. Кон написал книгу о восприятии гомосексуальности обществом, самими гомосексуалами, их сообществами как через призму современных исследований, так и на материале исторических источников.

«Много лет назад он был безнадежно влюблен в человека, который не хотел спать со ним, так как был отчаянно влюблен в третьего парня. Ему так и не удалось соблазнить своего любимого, зато он получил довольно тщеславное и философское утешение, переспав со своим соперником. Тот предпочел его мужчине, которого он любил, и таким образом он стал соперником собственного возлюбленного. Подобный кульбит возможен только в геевской жизни»

5. «Бить или не бить»

Как я уже писал выше, эта книга является последней в жизни Кона. Удивительным образом, но, как и свойственно Кону (и вообще-то должно быть свойственно всем исследованиям), это исследование не является ни апологией ни осуждением физического наказания детей. Это исследование о том как так получилось, что (к примеру) благородные джентльмены викторианской Англии давали себе труд лупить своих детей и не считать после этого свою честь и достоинство надломленными, а дети вырастали такими же благородными джентльменами, а сейчас это уже справедливо считается дикостью.

Насилие, его проявление и сдерживание вообще является одной из самых любопытных тем в социальных науках.


«Одна из главных причин распространенности телесных наказаний в России – общая «притерпелость» к насилию, жертвами которого являются не только дети, но и взрослые»
q_w_z: (Clouseau)
Экономические благоглупости, которыми пичкают постколониальные и постсоветские страны, в общем не благо-, а лихо-глупости*.
Ибо в действительности, а не трудах Адама Смита и последователей, вплоть до Троицы Мизеса-Хайека-Фридмана, рынки создавались, создаются и будут создаваться государством. Особенно рынки товарные и тем паче рынки, основанные на хождении денег.
Единственная обнаруженная не-экзотическая альтернатива - это рынки Халифата в VIII-XVI веках, основанные не только на очевидном запрете ссудного процента, о чем бают без конца, но, и главное, на репутации и капитализации ея. И на кредите. Где сделки осуществляются пожатием рук и поднятием очей к небу. Писанные контракты и векселя отсутствуют, монеты пыталсь выпускать халифы и власти к ним приравненные строго для финансирования войн и в общем малоуспешно.
В благословенное же для некоторых Осевое время Античности и Византии расцвет хождения железных денег от Гибралтара до Жёлтого моря прежде всего означал, на практике, а не в прекраснолушных схемах, войны, долговое рабство, нещадную эксплуатацию (античные города с населением в сотни тысяч как раз могли существовать только при сверхинтенсивной эксплуатации) и войны, войны, войны... Для финансирования которых нужны наличные. Для нормальной же жизни хватает кредита, внутри сообществ, в первую очередь.

Это я дочитал недавно фундаментальную книгу "Долг. Первые 5000 лет истории". Антрополога, умнички-левака, коих сейчас как-то мало.
Книга о свободе, рабстве, экономике, рынках и государстве. Антрополог против экономистов. Полевые исследования и документы против политических теорий.


_________
* К вопросу о том, что целым поколениям внушили, что мол есть "объективный" как закон природы рынок с "невидимой рукой", а государство и регулирование просто покурить вышло.
q_w_z: (fred)
Книга о хрупкости человека. Хрупкости человеческой цивилизации и хрупкости самой человечности.
И гимн нердам - как это будет по русски? Задротам от техники т.е.
Роман - почти дневник двух лет, последовавших за так и не объяснённым космическим явлением. Политический триллер почти весь остался за скобками, остались конкретные моменты, увиденные и пережитые чуть больше чем дюжиной людей.
Ну и меньеш трети книги потом - что было потом, через 5000 лет. Тут много спорных моментов - они прошли бы на ура почти в любой НФ различной степени твёрдости, но вот после въёдливости основной части книги что-то выглядит слишком эскизным или натянутым для драмы. Хотя случайно, могло бы и не так, а первая часть книги она и о случайности и беспомощности человечества перед ней.
Сравнивая с Anathem здесь многое воспринимаешь ближе, и автору тоже с трудом удаётся удержаться на тонкой линии, без катастрофизма и сентиментальных переживаний. Ну и технические подробности перевешивают. Про ближний космос давно такого не было, практического.


q_w_z: (bayan)
Сижу читаю великого Анчарова.
"Соду-солнце", "Самшитовый лес"...
Сейчас вот "Этот синий апрель". Читаю по Благушу, переулок Майров, дворовую жизно, персонажей, потом про Манчжурию и чувствую что тут непридумано почти ничего. Просто записано.
Лезу в Википедию и правда - отец на Ламповом заводе, сам служил потом в Манчужрии как раз и даже песни есть про этих соседей.
Ну и по мелочи там МАРХИ, Сурок, ВГИК...
...
И что его нет в школьной программе? Там прости господи был, когда я учился, разве Солженицын из этого поколения.
q_w_z: (bayan)

DSC05904
q_w_z: (birdy)
http://expert.ru/expert/2015/01/unizhennyie-i-oskorblennyie-sovremennogo-mira/
начительная часть молодежи под влиянием, если так можно выразиться, идеологии 1968 года «отвергает общество промышленного труда с его унылым лейборизмом», который для них является символом угнетения, и выбирает жизнь, свободную от социальных обязательств. Но тем самым они попадают в еще большую зависимость от неопределенности своего экономического положения. «За свободу придется платить в старости». Хотя автор признает: возможно, пенсии для большинства населения в XXI веке отомрут как наследие индустриальной эпохи. Однако очень часто этот выбор — просто хорошая мина при плохой игре и на самом деле является следствием массовой молодежной безработицы, которая в некоторых странах Европы приняла катастрофический характер.

Но прекариат не однороден. На самом деле это целый набор различных социальных групп (включая тех, кто добровольно выбрал эту позицию): частично занятые, временные работники, безработные, независимые специалисты, работающие по временным договорам, так называемые стажеры, являющиеся предметом особо циничной эксплуатации, число которых давно вышло за пределы здравого смысла. Наконец, это мигранты, деклассированные и криминализированные лица, число которых постоянно растет, в том числе потому, что потеря работы и доходов подталкивает людей к преступлениям. Такое расслоение затрудняет их политическое объединение для решения своих проблем, и это отличает прекариат от прежнего рабочего класса, у которого «был силен дух солидарности, передававшийся в рабочих сообществах из поколения в поколение». И тем он удобен для политической элиты. Не случайно разрушение устоев социального государства совпало с наступлением главных адептов неолиберальной политики, Тэтчер и Рейгана, на профсоюзы.

Особую роль в системе формирования прекариата автор отводит современному образованию, подвергая уничтожающей критике то, что он называет коммодицикацией — превращением образования в товар. Картина, которую рисует Стэндинг, очень сильно совпадает с направлением реформы образования, которая осуществляется последние двадцать лет в России. И то, что он пишет, настолько соответствует той критике, которой подвергаются эти реформы в «Эксперте», что временами кажется, будто читаешь автора нашего журнала. Чтобы читатель поверил в это, позволим себе обширные цитаты: «Неолиберальное государство видоизменяло систему школьного образования, чтобы сделать ее закономерной частью рыночного общества… На протяжении веков считалось, что образование освобождает от невежества и помогает развивать способности, заложенные от природы… В рыночном обществе эта задача отошла на задний план… Вместо того чтобы изучать культуру и историю, дети должны научиться, как стать идеальными потребителями… Университеты больше соревнуются между собой не по уровню обучения, а по уровню “роскоши”… Людям продают все больше и больше “дипломов”, которые все меньше и меньше ценятся…»
q_w_z: (fred)
Дочитал давеча (по наводке [livejournal.com profile] schegloff) Жарковского "Я, хобо. Времена смерти".
Имею сказать, что роман редкого качества. А если про космос так вообще близок к "Фиаско" или "Анафему" (это для меня "свежее").
Ближе к концу я догадался, что будет ещё книга как минимум, а то слишком все сложно стало.
Но и так очень проработано. Отдельно понравился язык там на Трассе.

Здесь нормально пахло, и было хорошо светло. Ниткус на руках спустился по перилам очередного трапа, проплыл, лавируя между кустами, тощий зимний садик, растущий от переборки к оси отсека под самодельными ультрафиолетовыми люстрами, и очутился на "пятке" перед клубом, называющимся "Над Стартом Грузовым". Клуб содержал серьёз-инопланетя, один из самых старых космачей, выработавшийся десантник Бегин "Вольт" Саму, последователь учения Преторниана, натуральный старикан за сорока личных годов. Над аркой, ведущей внутрь питейной, Ниткус заметил от руки жжённую на пластиковой пластинке надпись "ЗДРАСЬТЕ НА ФИГ!". К фальшь-панели объявление крепилось разогнутой канцелярской скрепкой. Приветствие Ниткуса не остановило. Он вплыл в питейную и повис, зацепившись пяткой ботинка за верхний комингс. В клубе было пусто, надпись не лгала. То есть совершенно пусто. Более того, свет работал в ночном режиме, музыка молчала, витрина не горела. Бедренные ремни змеями ходили над холодными насестами, настенные кулеры, включённые на сквозняк, беспокоили их. Не понял, подумал Ниткус. "НСГ" был одним из самых посещаемых клубов. Действительно, как вымер Форт, где от жилухи близко.
- Вольт! - крикнул Ниткус. - А Вольт!
Нет ответа. Согнув колено, Ниткус подтянул себя к выходу, перехватился, выплыл на "пятку". Странно, но раз так, то Очкарик, не обретя гармонии здесь, направился вниз, к стартам, к автомату "Посошок". Ниткус знал за Очкариком такую слабость: не умел девственник находиться долго одиноким, с похмелья, без пива.
- Но позвонить он мог? - подумал Ниткус вслух. - Но и это мы преодолеем.
Он надиктовал телефону стафет к Маркову и отправил его. Спускаясь вниз головой по воздуховоду, он диктовал и отправлял стафет. В воздуховоде было так же пусто, да что ж такое. К удивлению Ниткуса, стафет имел успех моментальный: Марков ждал его в створе терминального ограничника, где и был Ниткусом найден и подхвачен спустя десять минут.
- Куда идём - ясно уже? - спросил как-то необязательно, словно риторически, Марков. Они летели по коридору бок о бок. И Ниткус заметил, что Марков запыхался и раскраснелся.
- Мне пока нет. Ты как?
- Пива попил. Пролегчалось. Ну и согрелся, конечно. Спасибо.
- У Вольта?
- Ну да, у Вольта.
- Как Вольт?
- Ничего Вольт. Нормально ему.
Ниткус удивился, но пропустил причину мимо: мало ли. У нас свободный Космос. До определённых пределов. Главное, что Марков ни в руках, ни под одеждой - ничего не нёс. Время бросить контрабанду на борт до появления Ниткуса у Очкарика, разумеется, было, но ведь не без соглашения же!..
- Ну и как разговоры? Всё про Скариус с Ейбо Нюмуцце? И про призраков Марты?
- Да... говорят всё... болтовня одна... - сказал Марков. - Слушайте, Саул. По-моему, мы пойдём под землянами. Ощущение такое у меня.
- У меня ощущения разные, - сказал Ниткус. - Но и такое имеется.
Не сговариваясь, они двигались к диспетчерской Порта. Космач - суть ритуал и суеверие. Экипаж Ван-Келата начинал любой свой старт распитием ритуальной чашки кофе с дежурным диспетчером. Озабоченность происходящим у Ниткуса просто вытерла из оперативной памяти распоряжение шкипера "идти прямо на "хомут"", а Марков и вовсе о нём не знал. Поочерёдно они пропустили через приёмник замка свои карточки. Люк диспетчерской напрягся, завёл огни, "пыхнул", но компрессор люка был стар, и люк, как всегда, не более чем "на впуск сселся". Марков и Ниткус произвели доотжатие вручную и проникли в тёмную за.
Вплыв, они повисли.
q_w_z: (fred)
Презентовали сегодня нашу книгу.
В первый, но не в последний, конечно.
Приехал туда чуть жив. Кормил в Суханово кошку, а а днях где-то подцепил что-то.
В общем еле живой, горло болит, башка гудит, знобит, задыхаюсь.
Ну и рассказываю что там в книжке и вообще. А потом еще с парой-четверкой людей поговорил,
прошелся до Курского, в общем не выздоровел, но ожил.
А всё от того что злобные людишки дорогие читатели не поленились жарким воскресным днем приехать в центр города и вообще.
Жаль, что не со всеми успел поговорить-повидаться.
Но завтра надо отлежаться... а то мне это шило в жопе боком куда выйдет ещё.
q_w_z: (birdy)
Оттягивать дальше нет возможности, поэтому презентация долгожданной книги «Архитектура Москвы периода НЭПа и Первой Пятилетки»

A-NEP-5_MG_2068
состоится 13 июля 16:00
в «Читал-кафе» (ул. Жуковского, 4)

Архитектурный путеводитель добрался наконец до широкой публики, это слегка исправленная версия вышедшего в 2012-2013 годах трёхтомника (которого почти никто не видел;-) в одном томе.
Книга состоит из двенадцати маршрутов для самостоятельного изучения одного из самых интересных периодов истории столицы.
A-NEP-5_MG_2077
Концепция Николая Васильева и Елены Овсянниковой.
Текст написан Еленой Овсянниковой, Николаем Васильевым, Татьяной Воронцовой при участии А. и М. Тукановых и О. Панина. A-NEP-5_MG_2075
Фотографии нескольких хороших фотографов (в т.ч. и мои) и, конечно, же архивов в том числе и Музея архитектуры имени А. В. Щусева. Оттуда же архитектурная графика.
Дизайна бесподобных ABCdesign.
Издатель «Реставрация-Н».
A-NEP-5_MG_2082
В программе мероприятия творческая встреча с авторами (Н. Васильевым, Т. Воронцовой), рассказ об архитектуре, Москве и так далее.
Вход свободный.

Книжка будет в наличии для всех желающих, автографы раздаются!
(мероприятие в Мордакниге)
q_w_z: (birdy)
Один френд, а именно [livejournal.com profile] vitus_wagner закончил недавно роман в жанре, близком, как выражались в почившем в бозе журнале "Если" твёрдой НФ.
Роман интересен несколькими моментами. Литетартурный уровень в целом любительский (в том же жанре формально - прозе френдов мне кажется ощутимо сильнее "Роза и червь" [livejournal.com profile] fortunatus), а вот фабула любопытна.
Совсем краткно - XXIII век, человечество колонизировало пять десятков планет, освоив технологии межздвездных гипер-скачков.
Колонии политически абсолютно независимы и от Земли и от друг-друга (политикум как таковой там отсутствует), населения их в совокупнсоти в десятки раз меньше десяти миллиардов землян. Земляня меж тем космосом интересются в рамках более чем скудно финасируемой программы изучения Солнечной системы. Остальные живут обычной земной жизнью. Здесь наступает суровый ретро-футуризм - XXIII век отличается от начала XXI только отсутствием государств и большой политики и глобальных проблем вроде голода, войны и т.п. Даже любимые автором IT-штуковины имеют знакомые нам сейчас форм-факторы - мобильник, наладонник, планшет, ноутбук, "пятидесятичетырехдюймовый монитор" (здесь ехидства ради отмечу, что Вагнер таки хакер в исконном значении слова и много раз по тексту рассужадет устами героев об "старых-добрых" интерфейсах и протоколах - ему ли не помнить старый анекдот "Как русские называют трехдюймовую дискету?"). В общем 54" это какой-то невычищенный редатором комплекс.
Вишенкой на торте и соответственно поводом для запуска сюжетых линий служит маленькая военная база спейсина т.е. выходцев из колоний в районе Гималаев - с со своей собственной юрисдикцией и передовыми технологиями в т.ч. и социальными.
Порядка половины повествования - краткое представление о жизни на нескольких колониях и на уровне третьестепенной сюжетной линии расследование (полуившиеся почти само-собой за рамкми сюжета) происхождения еднственной инопланетной цивилизации, встреченой в космосе колонистами (две других или примитивны или вымерли куда-то миллион лет назад).
Собственно вялотекущие путешествия двух основных землян, выказавших к удивлению спейсиан желание покинуть Землю, и есть основной сюжет, саспенса которому катастрофически недостает. Колонии, конечно, разные, но не так что бы удивительно и непредсказуемо, однако технические жетали и ухищрения очень увлекают - и устройство городов Марса паровые машины на одной из колоний и т.п. Сложно только понять, почему некоторые потенциально интересные технические подробности описаны очень подробно, а другие - вскользь. Сюжетной оправданности не просматривается.
Тут-то и обидно - большую часть сложно оторваться, а финал какой-то очень условный. Один герой продолжает летать с плаенты на планету, второй возвращается, с чего вдруг? Третья линия, с которой все началось - военно-космическая - сама куда-то пропадает из поля зрения.
В общем, словами ролевиков, сеттинг годный, а сюжет мог бы быть копозиционно выверенней.
q_w_z: (bayan)
На этой неделе собираюсь напечатать.
Подробности тут: http://q-w-z.livejournal.com/2781848.html

Желающие могут передать/переслать предоплату.
q_w_z: (bayan)
Други, в мордакниге, кто там есть, могли заметить, что месяц назад я напечатал 5 экземпляров набора непереплетенных фотографий в коробочке про город Черняховск в Калининградской области.
Untitled

В целом это фотографии не про архитектуру, не про дома, а скоре про промежутки между.

Тогда это были 52 фотографии, на плотной мелованной бумаге 17х24см в коробке.
Фотографии вот эти: insterburg | черняховск: two winter visits book - a set on Flickr
Сейчас будет на 10-12 больше, пока не скажу. Коробочки будут другие, но тоже хорошие.

Тираж будет номерной, но не больше 100 шт.
Подписывать буду первые 25.

Цена: 1000 рублей

Записываться тут. В течение марта - напечатаю и отдам. Опционально - можно заодно устроить встречу с разговорами про.





(слайды) )
q_w_z: (Clouseau)
Отправив на дно "Джона Барри", командир U-859 Kapitänleutnant Йоханн Йебсен (хорошая фамилия у человека была, лучше, чем у Ибсена) лёг курсом на зюйд-ост, и сделал он так потому, что если была секретная миссия у "Джона Барри", то была миссия не менее секретная и у U-859. Совпадение? Да совпадение, конечно. В этой истории совпадений множество, и если некоторые из них только притворялись совпадениями, то данное совпадение было просто совпадением. Немцы во время войны снабжали японцев множеством вещей разной степени полезности, в том числе и такими остро необходимыми в крестьянском хозяйстве гаджетами как образцы последних моделей немецких самолётов, реактивные двигатели и материалы для японской ядерной программы. Перевозкой занимался главным образом немецкий подводный флот и в нашем случае миссия U-859 состояла в доставке в расположенный в оккупированной японцами Малайе Пенанг 31 тонны ртути. Зачем? Не знаю, будем считать, что японцы захотели измерить температуру китайцам и им понадобилось много-много градусников. (Согласно послевоенным сплетням, кроме ртути на U-859 имелись ещё и какие-то расщепляющиеся материалы.)

859, как не трудно догадаться - простое число;-]

В посте http://alexandrov-g.livejournal.com/278402.html начинается с Джона РОберта Льюиса, но я имею ввиду Нила;-]
q_w_z: (birdy)

То есть здесь есть три вещи. Первая: предположительно в английском массовом сознании уже отсутствует ритмика строчного барьера. То есть строчное деление не понимается как деление метровое. Разбил поэт по строкам как-то, у него были соображения, они, по всей видимости, ни с чем не связанные, выделяются только заглавной буквой, там можно сделать паузу, но можно и не сделать. То, что можно назвать экстраполяцией нашего, как мне кажется, развития поэзии сейчас. Не потому, что мы научились читать безбарьерными строками, это мы давно научились делать, но потому, что строка уже становится менее важным определителем метра. Для Маяковского это еще верно, например.
...
— Это странное дело, потому что другие актеры пишут только за процент от проданного, то есть аудиокнига должна продаваться и процент должен доставаться актеру, это называется роялти. Нам было очевидно, что книга должна быть бесплатной и нужно обойтись без роялти, то есть один раз заплатить Фраю и один заплатить издательству, после чего распространять книгу абсолютно бесплатно.
— «Нам было понятно, что она должна распространяться бесплатно» — с какого момента это стало понятно? И каким вообще представлялось бытование результата?
— Оно в результате и произошло. Я считаю, что правовая идея public domain, не юридическая, а правовая, то есть не внутри закона, а внутри понятия справедливости, — она очень глубоко обоснована. Я считаю, что есть объективная причина делать вещи public domain. И если произведение, с которым я работаю, — это public domain, а я работаю с «Онегиным», то все дериваты тоже должны быть public domain. Это произведение, принадлежащее некоторому полю знаний, не дающее никакого коммерческого преимущества, это произведение, которое в общем не очень развлекает, но может дать людям довольно много в смысле любознательности, поэтому почему бы нам не издать его бесплатно.
...
— В Лондоне. Студия Silk Sound, режиссер Иан Гилеспи, как Диззи Гиллеспи, только Иан Гилеспи. Степень подготовки этого человека невероятная. Я пришел к нему, сказал: «Здравствуйте», он сказал: «Здравствуйте, меня зовут Иан», я ему сказал: «Здравствуйте, мы будем записывать “Евгения Онегина”». Он сказал: «Да-да-да, three hundred eighty-nine stanzas of the iambic pentameter» — 389 строф ямбом.
Аудиокниги у нас не очень режиссируются. Вообще чтение у нас не режиссируется. Если мы посмотрим на проекты, где кто-то читает чьи-то стихи, может быть, свои, может быть, другого человека, — это довольно просто. Выходит человек, его сажают на кресло и говорят: «Читай как знаешь».
...
Или вот: «Но вреден север для меня». Как это прочесть? Я привожу самые яркие примеры, эта работа проводится построфно почти над всем романом. Он это злобно говорит, с серьезной агрессией к системе, которая его выпихивает из столицы, или он это говорит смешливо, или он это говорит как-то еще. И здесь, в случае Фрая, он это говорит довольно по-британски: «но... кхм... вреден север для меня». Здесь будет нейтральная интонация, но я так немножко паузирую, немножко кашляну, чтобы дать вам понять, что здесь что-то не так, хотя можно было бы и прямую иронию прочесть.
...
— Применительно к роману — слово «мама». «Вы также, маменьки, построже». Переводчик ставит «A word of warning should suffice. You too, you mamas, I commend you». Маргинальное сокращение от «mother», в реальности заимствованное в английский язык из французского, читается «mamá». «Мáма» не ложится в метр. По всей видимости, это ошибка переводчика.
Фрай на это обратил внимание и сказал: «Это даже по-американски не рифмуется».
То есть существуют диалектные особенности, в частности, методы расстановки ударений.
— Как преодолевались эти трудности?
— Никак.
— То есть он просто читал так, как это положено читать при его произношении?
— Да, он говорил: «Ай кант сэй “комменд”». Переводчик в связи с этим в письме написал: да, я понимаю, некоторые строки, конечно, могли быть прочтены по-другому, но я понимаю диалектологию, я понимаю, с чем вы столкнулись.
http://www.colta.ru/articles/literature/901
q_w_z: (fred)
Мотаясь в поездах в Нижгород прочитал удорными темпами Лазарчуково-Успенский "Весь этот джакч".

Отличный роман. Прямо жалею что не было его когда мне было 15 лет. Но и взрослым тоже годиться.
Не знаю как его охарактеризовать толком, но дело "Змеиного молока" живет и побеждает.
Не без роялей в кустах, в "ОО" тоже один спрошной рояль марки Каммерер посреди сцены, и ничего, массара... тьфу ты - джакч на то и джакч.


ЗюЫю
Брать лучше тут:
http://booksmarket.org/book/Mihail-Uspenskii-Andrei-Lazarchuk_Ves-etot-djakch-kniga-1.html

Стоит доступно и портал честно отстегивает авторам что положено.
q_w_z: (fred)


Дочитал давеча.
ОЧень хорошая.
По нашей клссификации скорее новелла, чем устарелла рассказ.

Тщательная такая, детско-взрослая.
Про странных соседей и вечное возвращение.
Рек.

Когда будет перевод не в курсе.
q_w_z: (Clouseau)
Прочитал Митчелла.
Хороший роман.
Композицонно очень занятно выстроен также.
Хочется пластинку Фробишера;-]
Тыквер и Вачовски не сильно и вполне допустимо превратили в кино.
Разве эпизод с Сонми-451 оказался слишком упрощенным.
Ну и (мета)история с мориори почти исчезла.

И, кстати говоря, интересно, как отличаются названные мотивы аферы с АЭС Приморской энергетической Ко
в книге - реактор, для производства оружейного урана,
в фильме - реактор, для "управляемой" катастрофы и дискредитации всей ядерной энергетики.

(картинка в тему)

December 2016

S M T W T F S
     123
4 567 89 10
11 12 13 14 15 16 17
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 06:40 am
Powered by Dreamwidth Studios